16+
ComputerPrice
НА ГЛАВНУЮ СТАТЬИ НОВОСТИ О НАС




Яндекс цитирования


Версия для печати

Модуль поиска не установлен.

Смерть "аффтара", или записки юного жижиста

15.04.2006

Валерий Шубинский

Честно говоря, еще год назад мне трудно было представить себе, что я стану активным участником "Живого журнала". Я не только ничего не писал сам, но и не читал чужих записей. И даже удивлялся своим друзьям, которые, проведя несколько лет за границей, по "ЖЖ" судили о настроениях в отечестве.

Мне казалось, что писать в "Живой журнал" может лишь смертельно закомплексованный человек, которому непременно хочется высказаться обо всем на свете, а возможностей для этого у него нет... Или - просто хочется сообщить всем, всем, всем, что в городе N живет Петр Иванович Бобчинский. Нормальному человеку (так я рассуждал) дороже всего граница между приватной и публичной жизнью, между дневником и публицистической статьей, застольным трепом и речью с трибуны.

Все эти представления сложились в основном "вслепую", и, вероятно, я бы при них еще некоторое время и оставался, если бы мое внимание не обратили на то, что в некоторых постах поминается мое имя и имена моих знакомых. Ничего удивительного тут нет: мир тесен, слой тонок, и сам я, и знакомые мои люди пишущие и, в каком-то смысле, публичные. Но страстное любопытство ко всему, имеющему отношение к собственной персоне, заставило меня погрузиться в чтение... А дальше произошло все как обычно. Сперва - желание ответить на чужие мысли. Потом - потребность высказать свои. Для человека, который зарабатывает деньги, в числе прочего, тем, что высказывает свои мысли в письменной форме, потребность сделать это еще и бесплатно довольно противоестественна. Но "Живой журнал" дает даже профессиональному публицисту две возможности, которых он обычно лишен: во-первых, высказывать случайные, обрывочные, недодуманные мысли и наблюдения, "обкатывая" их на ходу; во-вторых, существовать в режиме обратной связи, чувствовать и отслеживать, как слово твое отозвалось, - а для любого пишущего человека это величайшая проблема. Не случайно в числе авторов "Живого журнала" Максим Соколов, вероятно, самый влиятельный сегодня политический журналист. Как правило, он вывешивает в "Живом журнале" новые статьи из "Известий" или "Эксперта".

Но решающим фактором стали для меня те чисто жанровые возможности, которые открывает перед литератором ЖЖ. Возможность вести дневник как от своего лица, так и от имени вымышленного персонажа ("мурзилки"). Возможность выдерживать сколь угодно гибкую и подвижную дистанцию между собой-оффлайновым и собой-жижистом (такая возможность задается даже юзерпиком, для которого можно использовать фотографию себя любимого, а можно - портрет Ким Чен Ира, фотографию среднеазиатской вертихвостки или герб Сьерра-Леоне). Но, главное, возможность вести письменный, зафиксированный диалог с самыми разными собеседниками в виртуальном "салоне Анны Павловны Шерер".

Я завел свой журнал ровно полгода назад. За это время я "зафрендил" 94 человека. Это значит, что, кликнув на иконку, я могу читать их свежие записи. Чтение этих записей занимает у меня уже чуть ли не час в сутки, так что, видимо, новых друзей я заводить некоторое время не буду. Сам я сейчас "во френдах" у 102 жижистов. Это немного, но уже не очень стыдно. В "тысячниках" я, видно, не буду, да и вряд ли к тому стремлюсь. Жанровыми возможностями, предоставленным ЖЖ, я, можно сказать, не воспользовался: журнал завел от своего собственного имени, на юзерпик вывесил собственный портрет - правда, все же не фотку, а дружеский шарж, на котором я выгляжу несколько старше, толще и смешнее, чем в реальности. Так что и журнал свой я, получается, веду от имени немолодого толстяка с ехидной ухмылкой на гордо закинутой голове. Это не совсем я. Но имя и год рождения у этого персонажа мои.

Вообще ЖЖ, казалось бы, как ничто, подтверждает знаменитую мысль Ролана Барта о "смерти автора" в современном искусстве. "Аффтора", на жаргоне интернет-форумов (которому стоило бы посвятить отдельную статью). Если это "салон", то в него, как на венецианский карнавал, приходят в масках. Не случайно это место облюбовал для своих игр поэт концептуалистской школы Герман Лукомников. Он присутствует в ЖЖ сразу в пяти лицах, причем каждые выходные все лица исчезают. Записи всех трех Лукомниковых также носят, как правило, абсурдный и "масочный" характер.

Но спрятаться под маской удается не всем. Составление своей френд-ленты я начал с того, что познакомился со списком литераторов и просто известных людей, скрывающихся под разными "никами", - такой список один знаток любезно вывесил на сайте www.livejournal.ru Иногда появляются самозванцы - некто завел недавно журнал от имени философа Александра Дугина, но был немедленно разоблачен. Если же человек выступает с открытым забралом, не скрывая ни лица, ни имени, "Живой журнал" - замечательное средство саморазоблачения. Или самораскрытия. Это уж у кого как.

Не в первую очередь, но довольно быстро я зафрендил двух очень популярных в ЖЖ-сообществе людей, на которых часто ссылаются другие участники дискуссий. Одного из них я видел вживую один раз в жизни, со вторым у меня были общие знакомые.

К первому - назовем его X - я, честно скажу, относился с предубеждением. Уже в ранней молодости он приобрел известность литературно-критическими статьями, в которых собственно литература отважно приносилась в жертву прямолинейно-либеральной идеологии, а для всех несогласных с собой требовал чуть не Гаагского трибунала. Потом критик-публицист сменил вехи и стал таким же непримиримым консерватором. Потом - троцкистом. И только прочитав его "Живой журнал", я понял, что X - человек умный и не одномерный, и что его бешеные статьи - лишь проекции его достаточно сложного миросозерцания в какую-то одну плоскость. Это случай, когда "полуприватное" лицо оказывается привлекательней и интересней публичного.

Второй случай - противоположный. Знакомый моих знакомых - назовем его Y, тоже молодой еще человек, известен как политический обозреватель на радио (вполне толковый и профессиональный) и как политический деятель православно-консервативного толка, борец за введение в школах закона Божия и ограничение абортов. В Америке он был бы правым республиканцем, в России состоял в одной из карликовых партий, тщетно мечтающих о преодолении 5-, 7- и 10-процентных барьеров. Никакого предубеждения к нему я изначально не испытывал. Но... Y вывешивал в ЖЖ свои длиннейшие богословско-публицистические труды, и тут же, не отходя от кассы, делился обстоятельствами своей семейной жизни (его жена состояла в другой карликовой партии, противоположной направленности). Две истории сделали его предметом всеобщих издевательств. Во-первых, он был одним из организаторов злосчастной "патриотической" демонстрации 4 ноября, во время которой шел перед колонной с иконой Казанской богоматери. Фотография попала в Интернет, и "доброжелатели" Y поработали с ней "фотошопом", соревнуясь в остроумии: кто-то заменил изображение Богоматери эротической картинкой, кто-то изображением самого Y или его антагониста X. Уж не знаю, насколько смешно получилось, но реакция Y, посулившего кощунникам вечные адские муки, наверняка доставила им немало веселых минут. Другая история - о том, как Y занял у политического сподвижника некую довольно скромную сумму, а когда тот (перестав быть сподвижником) напомнил о долге в ЖЖ, Y заявил, что глубоко оскорблен этим напоминанием и потому считает себя от долга свободным. В конце концов я "расфрендил" политика-патриота: во-первых, стало скучно, во-вторых, неприятно смотреть, как человек ставит себя в жалкое положение.

Демонстративное отсутствие дистанции между собой и своей "мурзилкой" - тоже прием, хотя и небезопасный для окружающих. Один из моих самых интересных френдов, с которым я немного общаюсь эпистолярно и помимо "Живого журнала", пару раз публично пересказал мои к нему частные письма. С другой стороны, ведь я не могу запретить ему цитировать эти письма в частном разговоре со знакомыми, даже в большой компании? А ЖЖ - это и есть всего лишь "большая компания"....

В этой компании есть разные люди - ты не можешь (как и во многих интернет-форумах) быть уверенным, что не столкнешься с сумасшедшим антисемитом, религиозным сектантом или другого рода фанатиком. Впрочем, как раз в ЖЖ уберечься от общения с такими людьми можно. Заведи себе соответствующих френдов - тихих филологов или любителей спаниелей, да и у тех ничего не комментируй. В салоне Анны Павловны Шерер обитателей много. Если же хочешь интересной жизни - не бойся конфликтов. Впрочем, диалогов с психопатами и фанатиками можно избежать, открыто сказав собеседнику, что не хочешь продолжать диалог, или просто оставив за ним последнее слово. В ЖЖ такое поведение может вызвать насмешки (выражение их - стандартный комментарий "Слив защитан"). Принято сражаться до крови. Но уважение онлайновых кулачных бойцов - не то, чем стоит гордиться умному человеку.

Однако если собеседник не явный кандидат в Кащенко, иногда не вредно попытаться поговорить с ним всерьез. Ведь в том и достоинство "Живого журнала", что он дает возможность. Благо, письменная форма выражения и отсроченная реакция дает возможность унять первоначальный гнев, вызванный дурацкой, с твоей точки зрения, репликой.

Должен самокритично признаться, что дважды не проявил должного искусства ведения дискуссии. Первый раз - когда во время литературного спора обнаружил чью-то реплику о том, что Василий Федоров (был такой довольно дремучий и совершенно бездарный стихотворец-соцреалист) равновелик Баратынскому. Я заметил на это что-то в том духе, что, мол, ужас какой, поклонники Василия Федорова владеют компьютером, оказывается! - и получил за это по полной программе. И поделом: дикие вкусы - не повод оскорблять человека. Второй случай - когда я во время спора на частную историческую тему ответил на ритуальное форумное оскорбление оскорблением бытовым и не ритуализованным. Мой оппонент (как гласила его лицевая страница - "управленец, кандидат исторических наук") отстаивал свое (фактически неверное, но соответствующее стереотипным представлениям) мнение очень высокомерно и агрессивно, а когда я просил сослаться на документы, предлагал мне прочитать Свод законов Российской империи (несколько десятков томов разновременных и часто взаимно противоречащих актов). В конце концов, на очередной пост, содержащий очередную порцию нелепостей и заканчивающийся словами "Учите матчасть, милейший!" (призыв "учить матчасть" означает обвинение собеседника в невежестве, тогда как пожелание "изучить албанский" -

упрек в косноязычии или плохом знании русского), я ответил вопросом, на каком базаре "милейший" управленец купил свой диплом кандидата исторических наук. Разговор можно было закончить красивее...

И еще одна вещь. Ни один человек - будь то известный писатель, амбициозный политик, модный журналист, убеленный сединами старец - не может рассчитывать на особое положение в "Живом журнале". Он должен быть готов к тому, что любой пятнадцатилетний подросток может на равных с ним поспорить. Впрочем, большие начальники "Живых журналов" не имеют. За полгода мне пришлось лишиться, в числе прочих, одного "френда" - он стал директором крупного газетного концерна и закрыл свой "Живой журнал"....



статьи
статьи
 / 
новости
новости
 / 
контакты
контакты